10:22   21 октября 2018
12.12.2013

Как должна выглядеть новая цифровая медиа-политика Кыргызстана - Э.Мамырканов

При цифровом вещании возрастает контентная и идеологическая конкуренция, связанная с грядущим увеличением числа зарубежных телевизионных каналов. Главный вопрос - на что будут направлены новые меры регулирования? Прежде чем сделать акцент на предстоящих переменах, необходимо провести анализ, почему отечественные телерадиокомпании не заинтересованы в создании собственного контента, почему не пошли в массу программы на государственном языке и почему медиа-индустрия не смогла развиться как отдельная отрасль предпринимательства. Весь этот опыт будет важен при создании новой системы регулирования новой цифровой медиа-политики.

E.Mamyrkanov Эрнис Мамырканов, независимый эксперт по электронным СМИ, Кыргызстан

Ввиду перехода Кыргызстана на цифровое вешание ожидается очередное изменение регулирования медиа-политики электронных СМИ. Процесс нормативного регулирования телерадиовещания за последние 20 лет дважды претерпевал существенные изменения в 1998 году с принятием Закона КР “0б электрической и почтовой связи» и в 2008 году с принятием Закона КР «О телевидении и радиовещании». При определении правовых мер медиа-политики цифрового вешания необходимо детально проанализировать прошлый опыт, чтобы избежать тех ошибок, которые повлияли на «сдерживание развития» отечественного медиа-рынка и отечественной продакшн-индустрии. 

До 1998 года вещатели были обязаны пройти регистрацию в органах юстиции как средство массовой информации и получить разрешение в Государственной инспекции электросвязи КР. При этом разрешение было бессрочным и получали его по заявочному принципу Это был период, когда деятельность вещателей регулировалась лишь Законом КР «О средствах массовой информации» от 1992 года. Именно благодаря этой упрошенной системе регулирования СМИ в целом Кыргызстан смог заявить о себе как об островке демократии. В 1998 году был введен ряд новых нормативно-правовых актов, на основе которых менялась политика регулирования телерадиовещателей. Дополнительно к разрешению на частоту радиовещатели стали обязаны получать лицензию на вещание, как на новый вид предпринимательской деятельности. Уполномоченный орган в лице Государственного агентства связи КР (ГАС КР) стал заключать с вещателями лицензионное соглашение, которое преимущественно содержало требования к техническим параметрам вещания. Но главной проблемой процесса регулирования стал непонятный статус Государственной комиссии по радиочастотам КР (ГКРЧ КР) - органа, который изначально должен был лишь определять границы частотного спектра гражданского и специального назначения. Вместо этого именно ГКРЧ КР начал решать кому из претендентов выдавать, а кому не выдавать конкретные частоты для телевизионного и радиовещания. При этом принцип выносимых решений данным органам был никому непонятен. Примерно с 2000 года очередь заявителей начала расти в геометрической прогрессии и никто не мог понять когда та или иная организация сможет получить частоту и лицензию. Перечень закрепленных за Кыргызстаном частот сразу стал документом недоступным в открытых источниках. Несмотря на то, что по законодательству ГАС КР должен был вынести решение в течение 30 дней с момента подачи заявки, заявители могли ждать решения годами и могли не дождаться его вовсе. Буквально за пять лет после введения новой системы регулирования количество заявителей, бессрочно ожидавших решения по своей заявке, приблизилось к отметке в сотню компаний. Решения о выдаче частот стали носить не регулятивный, а политический характер. Частоты на лицензию получали не те заявители, которые могли сделать лучшее программное предложение, а те, которые готовы были работать вне политики. Из-за отсутствия открытых и понятных механизмов конкурсного отбора никому не были ясны принципы принятия официального решения комиссией. Так зародился и довольно быстро укрепился новый инструмент влияния на электронные СМИ.

В 2007 году при активном участии гражданского общества парламент страны принял новый прогрессивный Закон КР «О Национальной телерадиовещательной корпорации КР», регулирующей деятельность данного вещателя (НТРК). Суть этого закона сводилась к введению в НТРК системы общественного управления через Наблюдательный совет. Но после роспуска парламента новый состав законодателей в июне 2008 года без широкого обсуждения принимает новый Закон КР «О телевидении и радиовещании». И хотя данный закон был призван регулировать отношения в сфере телевизионного и радиовещания на территории Кыргызской Республики, по сути, он преследовал одну главную цель - вернуть прежнюю систему управления НТРК. Именно этим объясняется неработоспособность данного закона в сфере регулирования деятельности электронных СМИ. С его принятием появилась большая путаница в трактовке понятия «вещатель». Именно в нём впервые появилось определение «телерадиовещатель» и «телерадиовещательная организация». С момента принятия данного закона телевизионные и радиовещательные организации должны были создать свой устав именно как телерадиовещательной организации и вновь пройти перерегистрацию в органах юстиции. Органы юстиции сами не понимали, как производить эту перерегистрацию, так как все вещатели уже имели регистрацию как юридическое лицо с соответствующим уставом. А понятие «телерадиовещательная организация» в перечне организационно-правовых форм юридических лиц отсутствовало вообще. И хотя действующие законы предусматривали перерегистрацию всех вещателей был прецедент, который выходил за рамки всех этих норм. Несмотря на все эти перемены и 1998 года, и 2008 года, свободно продолжала вещать телекомпания «Керемет-ТВ». учредителем которого изначально (!) являлось не юридическое лицо, а индивидуальный предприниматель. И это при том, что пункт 2 статьи 9 Закона КР «О телевидении и радиовещании» чётко определяет - телерадиовещательная организация создается как юридическое лицо, правоспособность которого возникает со дня государственной регистрации и получения лицензии на право вещания и/или на распространение телерадиопрограмм. В этом случае трудно определить - должен ли исполнять «Керемет-ТВ» нормы этого закона или нет? Ведь оно не является юридическим лицом.

Главным камнем преткновения в вопросе развития отечественного контента стала статья 8 Закона КР «О телевидении и радиовещании». Изначально эта статья была призвана увеличить количество программ на государственном языке, количество национальной аудиовизуальной продукции, количество программ и передач телекомпаний собственного производства. Но все понимали, что при слабом финансовом состоянии отечественных телерадиокомпаний - выполнить эти нормы было практически нереально. Понимали это и сами СМИ. Они благополучно воспользовались редакцией пункта 1 статьи 20 данного закона, который гласит - ретрансляция телерадиопрограмм и передач на территории Кыргызской Республики не ограничивается. Им стало легче заняться ретрансляцией зарубежных каналов, чем производить собственный продукт. Почти все телекомпании начали заниматься ретрансляцией, вставляя в эфирную сетку зарубежного канала местную рекламу. И для этого отпала необходимость содержать огромный штат местных сотрудников. Право на ретрансляцию покупалось у зарубежных компаний, ежемесячная стоимость этого права зависела от смотрибельности и раскрученности ретранслируемого канала. Эта система породила новый отток финансовых средств из страны. Телерадиокомпании вместо того, чтобы создавать новые рабочие места, финансировать создание отечественного продукта, стали переводить заработанные на нашем рынке деньги за рубеж для оплаты права трансляции иностранного вещания на нашей же территории. И суммы начали исчисляться сотнями тысяч долларов США ежегодно.

Отдельно необходимо отметить, что действие данного Закона распространялось на отношения между субъектами деятельности в области телевидения и радиовещания независимо от их формы собственности, цели создания, вида уставной деятельности, способа распространения программ и передач, рассчитанных на массовый прием потребителями. Но, тем не менее, этот закон никак не регулировал деятельность телекомпаний, осуществлявших вещание в кабельных сетях. И никто не мог предъявить им требования выполнять те или иные нормы данного закона — ни по языку вещания, ни по количеству национальной аудиовизуальной продукции, ни по объему собственного производства. Виной этому служило то самое расплывчатое понятие о вещании, по которому невозможно было четко определить — являлись ли эти телекомпании вещательными организациями или нет. А раз не было четкого определения, значит и предъявить к ним требования по выполнению норм было невозможно.

Приведенные выше факты, доказывают насколько непродуманность правовых мер регулирования медиа-рынка повлияла на гибель целой отрасли и индустрии - производства национальной аудиовизуальной продукции и отечественных телерадиокомпаний.

При переходе на цифровое вещание Кыргызстану необходимо пересмотреть все основы регулирования медиа-политики. Нужно создать условия, при которых отечественные телерадиокомпании будут заинтересованы не ретранслировать зарубежные телерадиоканалы, а формировать собственный контент. Есть шанс существенно увеличить производство национальной аудиовизуальной продукции за счет развития новой индустрии - частных производственных студий, которые станут основными поставщиками национального контента.

Далее приводим анализ и прогноз того, как изменится система отношений между субъектами деятельности в области телевидения и радиовещания. Этот анализ может стать основой для обсуждения проектов изменений и дополнений в действующее законодательство, регулирующее телерадиовещание в целом. Но для начала необходимо разобраться с определением «вещатель».
До сегодняшнего дня все телерадиокомпании получали разрешение и лицензию на вещание. Именно получение разрешения на использование частотного спектра или кабельных устройств в соответствии со статьей 18 Закона КР «О телевидении и радиовещании» являлось основанием для лицензирования деятельности телерадиовещательной организации. При получении лицензии телерадиовещательная организация принимала на себя обязательства выполнять требования этого закона. Но после перехода на цифровое вещание данное разрешение станут получать не телерадиокомпании, а операторы связи, которые по действующему законодательству не являются вещателями и их деятельность регулируется другим законом - Законом КР «Об электрической и почтовой связи». Вот тут и зарождается главная причина того, что закон «О телевидении и радиовещании» перестанет регулировать кого-либо вообще. Точно по этой же причине этот закон сейчас никак не регулирует деятельность телекомпаний, вещающих в кабельных сетях, через IP-каналы, в спутниковых системах и в интернете. Лицензию на технические нужды в соответствие с пунктом 13 статьи 15 нового Закона КР «О лицензионно-разрешительной системе в КР» получают операторы связи — деятельность в области передачи данных, к числу которых относится и организация цифрового вещания в любых сетях. А на каких условиях эти операторы включают в свои сети телеканалы - на сегодня уже ничем не регулируется.

Ведь пункт 14 статьи 15 этого же закона гласит, что лицензированию подлежит телерадиовещание, включающее в себя создание программ, передач и их распространение. То есть, чтобы быть лицензиатом субъект должен соответствовать сразу всем обозначенным признакам. Но при цифровом вещании телекомпании будут создавать программы и передачи, но не будут их распространять. Их задача будет заключаться в том, чтобы предоставить скомпонованный электрический сигнал другому субъекту отношений - оператору связи, который и будет заниматься распространением десятка программ, опять же объединенных в один сигнал. Вот здесь и зарождается неразрешимый вопрос — кто же из них занимается телерадиовещанием? (Для лицензирования должны присутствовать сразу оба признака телерадиовещания (создание и распространение) или каждый вид деятельности по отдельности тоже будет определять необходимость лицензирования? Есть и другая ситуация - созданием программ и передач может заниматься продакшн-студия. которая вообще может не регистрироваться как СМИ. И если быть дотошным, значит можно вышеназванный пункт трактовать как попытку лицензировать и производство контента. В этой ситуации важно отметить, что создание музыкального аудио произведения или видеоклипа является процессом создания национальной аудиовизуальной продукции. И, тем не менее - изначально это не будет являться продуктом СМИ, так как не будет иметь такого явного признака СМИ, как периодичность. Именно поэтому этой студии нет необходимости проходить регистрацию как средство массовой информации. Но эта же студия может заниматься производством одной постоянной шоу-программы. Что в этом случае подлежит регистрации как СМИ - сама студия или шоу-программа? И должна ли в этом случае данная студия получать лицензию по новому закону?

Как мы видим из приведенных выше примеров — новая редакция пункта 14 статьи 15 нового Закона КР «О лицензионно-разрешительной системе в КР» изначально стала неработоспособной. Исходя из её изложения - на рынке не будет существовать субъекта лицензирования. И именно по этой причине на все действующие и будущие телеканалы перестанут распространяться все нормы Закона КР “О телевидении и радиовещании” Гипотетически предположим, что из данной редакции убрали слово “распространение”. Но это никак не решает проблему регулирования деятельности телерадиокомпаний, так как статья 1 этого же закона гласит - лицензирование отдельных видов деятельности, действий и операций осуществляется в целях предотвращения нанесения здоровью людей, окружающей среде, собственности, общественной и государственной безопасности, а также управления ограниченными государственными ресурсами. Ни одному из перечисленных признаков деятельность телерадиокомпаний не относится. Навести вред их деятельность ничему не может хотя бы потому, что это всё уже четко регулируется Законом КР «О средствах массовой информации» и при регистрации как СМИ телерадиокомпании уже приняли на себя соответствующие обязательства. А ограниченный государственный ресурс они не используют вообще. То есть, получается - их деятельность без распространения не подлежит лицензированию вообще. Тем не менее, мы все согласны, что какой-то инструмент и механизм регулирования деятельности телерадиокомпаний всё же должен существовать. Страны, уже осуществившие переход, эту норму регулируют совершенно по-разному. Есть те, где выдается лишь одна лицензия - техническому оператору. Есть страны, где лицензий три - у оператора, телекомпании и производителя. Но всё обусловлено в первую очередь тем, как сформировался сам рынок. В большинстве стран процесс перехода происходит при полной монополии государства. Но в этом случае государство берёт на себя исключительно все расходы, в том числе по затратам частных станций. Чаще всего это обусловлено тем фактом, что у них на всю страну выделено по международному соглашению всего 3-5 мультиплексов. И таких стран в мире немало. Выбранная нами модель перехода на цифровое вещание уникальная. У нас государство берет на себя заботу лишь о Социальном пакете программ, бесплатный доступ к которому как к обязательному источнику информации неотъемлемое право граждан. Этот пакет можно назвать Первым мультиплексом. А всего по международному соглашению их нам досталось от 14 мультиплексов по всей стране до 45 мультиплексов в отдельных регионах страны. Освоение такого количества частот государство никогда не осилит. Ему бы найти средства на полноценное развитие Социального пакета программ. Значит единственно оправданный путь - это свободный рынок с наличием альтернативных операторов вещания. И в этом случае необходимо четко разграничить и определить регуляторов по каждому процессу организации вещания. На сегодняшний день политику в информационной сфере определяет Министерство культуры, информации и туризма КР, но оно не является регулятором, так как не имеет механизмов воздействия на сферу. Лицензировать надо операторов вещания. А контент надо регулировать действенными законами, но не лицензировать. Иначе мы на корню загубим собственное вещание в преддверии жестокой конкуренции с иновещанием.

Немаловажным является еще один факт, образовавшийся с принятием Закона КР «О лицензионно-разрешительной системе в КР». Теперь выданные ранее частотные присвоения не могут быть изъяты для модифицирования в принудительном порядке. Изъять их можно только в случае нарушения телерадиокомпаниями лицензионных обязательств, через суд или если телерадиокомпания отдаст эти частоты добровольно. Разумеется, добровольно никто отдавать не захочет. Для суда оснований нет, если они работают с учетом принятых на себя обязательств. Но для перехода на цифровое вещание все ранее выданные телевизионные частоты необходимо вернуть для нового перераспределения - ведь цифровое вещание планируется развивать именно на этих ранее выданных частотах. Отсутствие этого механизма ставит под угрозу весь процесс перехода на цифровое вещание. Кроме этого, по новому закону разрешение выдается не на конкурсной основе, а по заявочному принципу. То есть — частоты для цифрового вещания придется отдать тому, кто первый подал заявку, соответствующую обозначенным требованиям. И при этом не будет играть роли предложение какого из заявителей будут учитывать социальный интерес. У нас есть три густонаселенных города, которые будут представлять коммерческий интерес будущим заявителям. Это Бишкек, Ош и Джалал-Абад с их прилегающими населенными пунктами. Частотные присвоения в этих регионах будут пользоваться наибольшим спросом у будущих операторов. А значит, конкурс на них необходим для того, чтобы выдавать частоты заявителям с лучшим предложением.

При разработке механизмов регулирования медиа-политики требуется пересмотр границ ответственности между субъектами деятельности в области телевидения и радиовещания. Самым целесообразным видится вариант, когда вещание будет определено как сугубо технический процесс, которым занимаются только операторы связи и с них снимается вся ответственность за создаваемый телерадиокомпаниями контент и формируемую ими сетку вещания. К примеру, сейчас распространением сигнала ОТРК, «ЭлТР», ТРК «Мир» и «Пятого канала» занимается структурное подразделение ОАО «Кыргызтелеком» (в лице РИО РМТР). Эта структура отвечает только за качество и территорию распространения сигнала. Она чисто техническая структура, которая не должна отвечать за то, что показывают вышеперечисленные телеканалы. При переходе на цифровое вещание все взаимоотношения между вещателями и телеканалами должны стать именно такими. Именно к этому пришли все страны, уже осуществившие переход. За содержание, качество, насыщенность и политику передач отвечают сами телекомпании. А операторы отвечают за техническое качество принимаемого абонентами сигнала, за наличие интерактивных дополнительных услуг в технической сети, за количество телевизионных каналов, которые может принимать абонент. Оператор цифрового вещания в этом случае становится неким провайдером различных цифровых услуг, среди которых есть и телевидение. Вот его главное современное отличие. И он уже не должен отвечать за то, что производит или транслирует в своей сетке вещания каждая конкретная телекомпания, включенная в его техническую сеть. Ведь сейчас никому не придет в голову предъявлять претензии «Кыргызтелекому» за то, какую новость показали по ОТРК или «Пятому каналу»? В этом и состоит суть необходимости разграничения зоны ответственности каждого участника процесса вещания.
Приведенный вопрос является основополагающей проблемой предстоящего регулирования медиа-политики. Но есть еще несколько важных вопросов, которые тоже требуют пересмотра, в том числе с учетом предстоящих технологических перемен. Они регулируются статьями 8, 8-1, 12 и 33 Закона КР «О телевидении и радиовещании».

Статьи 8 и 8-1 определяют такие важные моменты, как язык вещания, объем собственной продукции телекомпании, объем национальной аудиовизуальной продукции, вещание на языке этнических меньшинств, использование дублирования и сурдоперевода. Очень важно в первую очередь отметить норму, которая обязывает каждую телерадиокомпанию в общем объеме и времени вещания заполнять эфир объемом не менее 50 процентов собственной продукцией. Если за основу взять 18 часов ежедневного эфира (с 6 утра до 12 ночи), то каждая телекомпания получается должна производить программ и передач не менее чем на 9 часов вещания в день. Для такого объема производства требуется неимоверное количество сотрудников, производственных площадей, технических и финансовых ресурсов. И именно эта норма стала немаловажным фактором того, что телекомпаниям легче заниматься ретрансляцией, чем выполнить данную норму. Хотя в этом же абзаце есть норма того, что не менее 60 процентов эфира должны составлять национальный аудиовизуальный продукт или музыкальные произведения авторов либо исполнителей Кыргызской Республики. Получается эти 60 процентов уже включают в себя ранее обозначенные 50 процентов собственного продукта. Необходимо отметить, что эти нормы выполнимы лишь для некоторых современных финансово самодостаточных телерадиокомпаний в мире. Почти все телерадиокомпании давно передали эту возможность частным производственным студиям, которые специализируются именно на создании программ и передач, но не имеют своих телеканалов. Ярким примером служат такие обозначения, как «Создано студией А по заказу телекомпании Б» - и эти обозначения можно встретить почти на любом современном телеканале.

Сами телекомпании давно перешли на систему закупки контента у частных продакшн-студий, оставив за собой производство лишь наиболее востребованных авторских и информационных программ. Внедрение этой системы у нас позволит зародиться новой национальной производственной индустрии. И в этом случае, если мы хотим значительно увеличить объем производимой национальной аудиовизуальной продукции, необходимо снять эти ограничения по производству 50 процентов собственных программ, оставив обязательства заполнять эфир не менее 60 процентами национальной аудиовизуальной продукцией. При этом в этом же законе требуется чётко конкретизировать - что является национальной аудиовизуальной продукцией.

Кроме этого, учитывая технологический прогресс, необходимо пересмотреть вопрос языка вешания, дубляжа и сурдоперевода. Современное цифровое вещание позволяет телекомпаниям встраивать в сигнал дополнительные звуковые дорожки и скрытые субтитры уже на моменте создания программы или передачи. Их число будет зависеть лишь от возможности самой телекомпании. На примере телеканала Euronews мы видим, что сейчас вполне возможно вместе с одним изображением передавать до десятка звуковых дорожек. Телезритель сам выбирает на каком языке ему хочется смотреть тот или иной канал. То же самое обстоит с субтитрами. Их языки можно выбирать только исходя из личных предпочтений и наличия предпочитаемого языка. При этом уже не играет роли на какую территорию идет вещание - местное или республиканское. При переходе на цифровое вещание территория вешания может ограничиваться лишь отсутствием в том или ином населенном пункте самой сети вещания. Значит, отпадает необходимость четко обозначать, какие языки вещания разрешены на той или иной территории Кыргызстана - главное, чтобы обязательно было вещание в требуемом объеме на государственном языке. То же самое можно отнести и к требованию звукового дублирования - дублирование теперь может легко осуществляться в том числе и титрами. Как этот механизм может выглядеть на деле? При переходе на цифровое производство студии начинают внедрять у себя серверную систему пакетирования сетки вещания. Уже на стадии создания цифровой программы заготовленные журналистами тексты могут «привязываться» к их репортажам или передачам. Этот текст идёт как постоянно присутствующий файл, который распознается приставками телезрителей в качестве скрытого субтитра и может отображаться по его выбору. Самое главное наличие единой технологически выдержанной системы при создании программы, при его формировании в сетку вещания, при его транспортировке через сеть оператора вещания, при его приеме на приставках или телевизорах потребителя. Учитывая современные возможности, эти файлы могут содержать программы автоматического перевода текста с доступных языков. В этом случае при трансляции программы на государственном языке в ней может содержаться файл с субтитрами на любом другом языке. В то же время, если передача создается на иных языках — их можно сразу создавать с дополнительной звуковой дорожкой на государственном языке. И тогда потребитель сможет получать канал, который на 100 процентов содержит вещание на государственном языке. Это в корне меняет подход к популяризации кыргызского языка при создании любых программ и передач. Вот почему нужна единая согласованная система перехода между всеми участниками будущего рынка, а так же наличие правового стимулирования увеличения контента на государственном языке.

На сегодняшний день очень остро стоит вопрос обеспечения населения, проживающего в отдаленных и географически обособленных районах возможностью доступа к оперативным источникам информации. Исследования показали, что большая часть населенных пунктов лишена возможности получать информацию из местных СМИ из-за отсутствия таковых. Тем не менее, уже несколько лет в Кыргызстане успешно функционируют малые радиостанции, именующие себя общинными СМИ. Это станции, работающие на определенное сообщество, чаще всего в пределах одного населенного пункта. Уже сейчас их число 6лизится к десятку малых станций. Но в законодательстве до сих пор нет никакого определения таким станциям, поэтому они у нас регистрируются и получают лицензию как коммерческие частные станции. Хотя понятие община (жамаат) в законах прописано. В связи с тем, что после перехода на цифровое вещание освободившийся частотный ресурс по рекомендации ЮНЕСКО и Международного союза электросвязи предпочтительно направить на развитие общинных малых радиостанций, назрела необходимость дать им в Законе КР “О телевидении и радиовещании” четкое определение. Самым гармоничным видится определение порядка их деятельности в статъе12, изложив ее в редакции «Муниципальные и общинные телевизионные и радиовещательные организации».

Статья 33 Закона КР “ О телевидении и радиовещании» регулирует участие спонсоров в создании программ и передач. Условия участия ограничены жесткими рамками, при которых потенциальному спонсору не представляется интересным финансирование национальной аудиовизуальной продукции. К примеру, в соответствие с этими нормами запрещается сообщение информации о спонсорах под любым видом либо иным способом во время трансляции программы или передачи. Так же телерадиопрограммы и передачи или их составные части, финансируемые спонсором, не должны содержать прямые либо скрытые ссылки на наименование товаров или услуг. Реквизиты спонсора (адрес, телефон, расчетный счет и т.п.). а также потребительские качества товара либо услуг не указываются. Сведения о спонсоре в телерадиопередачах, финансируемых спонсором, должны быть четко и точно обозначены титрами либо дикторским текстом в их начале и в конце. Исходя из вышеизложенных ограничений какой интерес коммерческим организациям спонсировать создание национальной аудиовизуальной продукции? А ведь если снять эти ограничения, то продакшн-студии могли бы привлекать к созданию контента спонсоров, а телеканалам предоставлять свою продукцию уже с учетом полученного финансирования, возможно даже бесплатно. Телекомпании были бы заинтересованы размещать в этих программах уже свою коммерческую рекламу. И в этом случае каждый участник данного процесса получает свою выгоду. Информация о спонсоре появляется на телеканале, продакшн-студия получает деньги от спонсора, телеканал получает готовый продукт бесплатно и может даже вставлять в него свою рекламу. Именно такие отношения между субъектами могли бы стать основой зарождения новой индустрии - производителей национального контента. И это могло бы способствовать конкурентоспособности создаваемых программ и облегчить телекомпаниям возможность выполнения нормы по заполнению эфира национальной аудиовизуальной продукцией в необходимом объеме.

Данный анализ законодательства не затрагивает всего спектра необходимых изменений. А лишь обозначает наиболее важные моменты, которые необходимо учесть в обязательном порядке при выработке новых мер регулирования медиа-политики. Переход на цифровое вещание должен рассматриваться исключительно, как возможность усилить позиции телерадиокомпаний, занимающихся производством и трансляцией национальной аудиовизуальной продукции, в особенности на государственном языке. Учитывая важность предстоящих изменений в действующее законодательство, влекущие за собой изменение системы взаимоотношений субъектов телерадиовещания, все должны пройти тщательный анализ и обсуждение всеми участниками предстоящего рынка вещания. Ведь сейчас закладывается основа регулирования на долгие годы вперед. Стоит вспомнить, что предыдущее соглашение, аналогичное тому, которое подписали участники Международного союза электросвязи в Женеве в 2006 году, было заключено в 1961 году и определило развитие телерадиовещания в мире на 50 лет.

Необходимо чётко понимать как те или иные изменения нормативных правил могут отразиться на развитии нашего национального вещания на последующие 20 и более лет.

Анализ подготовлен в рамках проекта Фонда «Сорос-Кыргызстан» «Политика перехода на цифровое телевещание в КР: анализ и рекомендации гражданского общества».

Читайте также
20.01.2014 2014: год стремительных перемен в телеиндустрии - С.Уилдстром
20.01.2014 Как выживают печатные медиа Казахстана сегодня
13.12.2013 В Кыргызстане запущена мобильная цифровая библиотека eBilim для жителей отдаленных регионов
12.12.2013 Как должна выглядеть новая цифровая медиа-политика Кыргызстана - Э.Мамырканов
30.10.2013 Реклама в Facebook не приносит брендам высоких продаж - Forrester
Просмотров: 2897 
Самые читаемые